«В Арктике начнутся широкомасштабные научные исследования»
Сардаана Боякова:
Сегодня наш собеседник – заведующая сектором арктических исследований Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера, доктор исторических наук Сардаана Боякова.
– Сардаана Ильинична, как давно ведутся исследования в Арктике вашим институтом?
– Наш институт занимается проблемами Арктики с момента своего основания. Еще в 30-е годы прошлого века было несколько экспедиций в северные районы. Исследовались история, этнография, языки коренных народов Арктики. Ныне же наш сектор арктических исследований изучает историю научных исследований Арктики, международное сотрудничество в зоне Арктики, влияние промышленного и транспортного освоения на среду обитания, социально-экономическое развитие коренных народов, формирование законодательства. С объединением с Институтом проблем малочисленных народов Севера наш спектр расширился: и в нашу исследовательскую копилку включены демография, социально-культурное развитие, общественные движения коренных народов, повседневность арктических поселений.
Кроме этого, очень важным направлением нашей деятельности является изучение влияния глобальных климатических изменений на жизнь коренных народов и возможности адаптации к этим процессам. В этом направлении у нас есть совместные проекты с финнами, японцами, американцами и французами. Также с 2010 года участвуем в международной программе «Арктические социальные индикаторы». Головной центр этой программы находится в Исландии. Суть этой программы – возможности применения этих маркеров для улучшения качества жизни в Арктике. И, конечно, большой акцент в нашей работе делается на этнокультурное развитие коренных народов, вопрос сохранения их традиций. Все эти направления нашей работы охватывают и Булунский улус. Последняя комплексная экспедиция там состоялась в 2011 году. Сейчас мы планируем, в связи с принятием госпрограммы, еще раз приехать в Булунский улус и изучить более глубоко эти вопросы.
– Сардаана Ильинична, можете ли сейчас дать более конкретную оценку, по итогам исследований, положения в Арктике?
– Процессы глобальных климатических изменений – это новый вызов для коренных сообществ. Особенно после тяжелейшего экономического периода, выпавшего на 1990-ые годы. Применительно к Булунскому улусу: меняется граница лесов, появляются незнакомые доселе птицы, растения и ягоды. Меняется, таким образом, природно-хозяйственный цикл коренных народов. Они к этому еще не всегда готовы. Нужны более глубокие исследования здоровья. По большому счету¸ зона Тикси неблагоприятная для здоровья. Здесь никогда не было постоянных поселений. Поскольку оленеводы кочевали, они проводили здесь летние месяцы, а потом уходили на юг. Постоянные поселения начали строить в 30-е годы прошлого века. Лично я только за вахтовый метод. Добыча полезных ископаемых ведется в летний период. Необходимо, чтобы уделялось больше внимания благоустройству, и нужно помнить, что оленеводство – это этносообразующая отрасль.
– Сардаана Ильинична, что ожидается в связи с принятием госпрограммы по социально-экономическому развитию арктической зоны?
– В этих программах заложена ликвидация транспортной недоступности. В связи с этим, нас ожидает возрождение Северного морского пути, и, соответственно, модернизация порта Тикси. В целом, будут строиться зимники. А кроме этого, планируется начало крупных научных исследований Восточной Арктики. Это, конечно, большая геолого-разведочная работа. Что касается гуманитарной части, то это изучение социальных проблем и этнологическая экспертиза предполагаемых проектов будущего освоения. В основном, вся программа нацелена на улучшение качества жизни жителя Арктики.
– Что нужно понимать под выражением «возрождение Северного морского пути»?
– Северный морской путь – это кратчайший путь, соединяющий европейские страны и Азию. На карте можно увидеть, что это почти прямая дорога. По сути – это международная трасса. Ее нужно обслуживать: это метеослужбы, гидрография, навигационные службы. Все это будет восстанавливаться. В свое время у республики было свое арктическое морское пароходство, которое ликвидировали. Считаю, что это было поспешное решение. Пароходство на тот момент себя не исчерпало, хотя они были вынуждены оказывать услуги в южных широтах, чтобы хоть как-то выживать. Но его посчитали нерентабельным. Кроме того, требуется возродить отечественное судостроение.
– Сардаана Ильинична, а результаты исследований института как-то отражаются в программах государства?
– Мы регулярно публикуем, представляем рекомендации. Но не всегда они воплощаются. Если бы они применялись в жизни, то каких-то современных проблем можно было избежать. Не всегда многим нравится объективная информация. Но мы все равно говорим правду.
– Я бы хотела заметить, что совсем недавно, мы писали о проекте Министерства федеративных отношений и внешних связей «Человек в Арктике». Получается, что все, что там говорилось, вами проводится очень долгие годы. Как понять эту ситуацию?
– Это есть пример того, о чем мы с вами говорили. В госструктурах мало уделяют внимания нашим исследованиям, а попросту – не знают, чем мы занимаемся. В случае с этим проектом: позже Минвнешних связей на нас все-таки вышло. И мы договорились о сотрудничестве. Это программа определения индикаторов уровня жизни, которые должны использоваться в законодательстве, тем самым непосредственно влияя на жизнь людей в Арктике. Это очень сложная работа, у нас же еще сопряженная с тем, что многие статданные отсутствуют или недоступны для широкого пользования. Сейчас стоит задача – выработать механизмы применения этих индикаторов. Туда входит доступность образования, включенность коренных народов в управление, этнокультурная составляющая и очень-очень многое. Допустим, при почти одинаковых климатических условиях в Зарубежной Арктике уровень жизни за полярным кругом намного выше. Соответственно, средний возраст жителей там более 80 лет, в России – 67 лет, у нас еще ниже. Есть общие стандарты, но и должны быть свои особенности применительно к России, еще и к региону. Для этого были выбраны две модели -- Ямало-Ненецкий и Якутия. Но в Ямало-Ненецком округе нет исследовательской базы и поэтому остановились на нас.
– Кому же живется хорошо в Арктике, Сардаана Ильинична?
– В Арктике хорошо живется норвежцам. Индекс развития человеческого потенциала очень высок. Затем – Исландия. В Норвегии добывают нефть на шельфе. При этом одна треть поступлений не расходуется, а откладывается в фонд будущих поколений. А эти фонды очень прозрачны. Их содержимое можно увидеть каждому гражданину страны. При правильном использовании полезных ископаемых, при этом не только просто выжимать, а экологически и этнологически сбалансировано осваивать, то получается вот такой эффект, как в Норвегии. Все это отражается на качестве жизни населения в Арктике.
– Спасибо.
Ньургуйаана СТРУЧКОВА,
спецкорр., г. Якутск